Поцелуй королевы. Кн. 1-3[СИ] - Константин Кривчиков

— Да.

— На время не обратили внимания?

— Нет. Ближе к вечеру было.

— А потом? Вы рассказывайте, для меня важны подробности.

— А какие подробности? Ничего особенного. Донато предложил отметить его приезд. Отметили. Вот и все.

— Все?.. Как София к приезду Донато отнеслась?

— Хорошо отнеслась. А как еще? Он же ее любовник.

— Любовник?

— Ну да.

— А вы откуда знаете?

— Ну-у, не помню. Кажется, София рассказывала.

— Вы уверены?

— Да.

— Ладно. А вы как отнеслись к появлению Донато?

— Нормально.

— Не расстроились?

— А чего мне расстраиваться?

— Хорошо, Михаил. Пусть будет так. Как София отреагировала на появление Лауры?

— Нормально.

— Никакой особой реакции?

— Нет. А чего реагировать?

— Могла удивиться, например.

— Нет. Я ничего не заметил.

— А ваша реакция?

— Чего?

— По отношению к Лауре.

— …Обычная.

— Хорошо. Спрошу прямо. Девушка вам понравилась?

— ?.. Девушка, как девушка.

— А вот вы, Михаил, ей понравились.

— Да? С чего вы взяли?

— Григорий Кузьмич показал, что вы тепло и даже близко общались.

— Ну, не знаю. Отец Григорий вообще с нами мало сидел. Быстро ушел спать.

— А вы до скольких сидели?

— Точно не помню. Сейчас же ночи светлые. Но, наверное, уже после полуночи легли.

— Где?

— Мы с Донато на веранде. Девчонки — в гостиной на диване.

— Дальше что?

— Дальше мы спали.

— ?

— А потом услышали крики. И проснулись.

— Кто первым проснулся: вы или Донато?

— Я точно не помню…

Версия Донато

— Донато, зачем вы взяли с собой в Россию Лауру?

— Я не говорю по-русски. Когда я узнал, что у Софии возникли проблемы в России, я понял, что мне на первых порах может понадобиться переводчик. Пока я не найду Софию. Ведь София сообщила мне, что вынуждена скрываться. Я решил, что Лаура будет самый подходящий вариант. Она заканчивала филфак и знает три языка. Кроме испанского, имею в виду.

— А чем занимается Лаура?

— Работает редактором в крупном издательстве.

— Какие между вами отношения?

— Мы — хорошие знакомые. Лаура моя троюродная сестра.

— Она так сразу согласилась вам помочь?

— Ну, не сразу… Но когда Лаура узнала, что София оказалась в сложной ситуации и ей нужна помощь, она согласилась. Кроме того, расходы по поездке я взял на себя.

— У вас много денег?

— Не так много. Но ради Софии, вы понимаете…

— Пока нет. Какие у вас отношения с Софией Родригес?

— А это важно?

— Извините, Донато, но вопросы здесь задаю я… Мы, разумеется, можем пригласить консула, адвоката…

— Нет-нет, это пока ни к чему. Я отвечу. Я и София любовники.

— Хорошо. Расскажите мне подробней о том, что произошло ночью.

— После того, как мы легли спать?

— Да.

— Мы спали какое-то время. Потом проснулись от криков.

— Чьих?

— Женских.

— Точнее можете сказать?

— Кажется, что кричали обе: и Лаура, и София. А вообще… Спросонья же. Мы с Михаилом вскочили и бросились в гостиную.

— Кого вы там застали?

— Никого. В смысле, девушки были там. А больше — никого. Но кто-то бежал от дома. Я подбежал к окну и увидел, как какой-то мужчина перепрыгивает через забор. Но я уже рассказывал.

— Да, я знаю. Девушки что-то успели сказать?

— Почти ничего…

Дом отца Григория (продолжение)

Они сидели втроем на кухне за закрытой дверью: полковник Углов, Юрий Рогачев и отец Григорий. Углов помассировал виски, устало произнес:

— Попробуем восстановить картину преступления. Картина, замечу, очень смутная. Донато и Михаил проснулись от женских криков глубокой ночью. Точное время они назвать не могут, ориентировочно — начало четвертого. Григорий Кузьмич ничего не слышал.

Священник виновато пожал плечами:

— Ничего. Спал, как убитый.

— Ладно. Это странно, потому что вы спали в соседней комнате, за деревянной перегородкой. А парни — на веранде, за капитальной стеной. Но пока это опустим… Когда парни забежали в комнату, то застали следующую картину. На полу, в луже крови, корчится Лаура. Со слов Донато, успела она сказать следующее. Проснулась от того, что почувствовала присутствие постороннего. Открыв глаза, увидела, как какой-то мужчина наклонился над Софией. Она вскрикнула и попыталась встать с дивана. Тогда мужчина ударил ее ножом, оттолкнул и выскочил в окно. На подоконнике есть пара следов от мужских ботинок. Эти же следы есть и во дворе, около забора.

Что касается Софии, то, когда Михаил и Донато забежали в комнату, София сидела на диване. В тот момент она еще находилась в сознании. Судя по полученным описаниям, никаких внешних повреждений у нее не было. Тем не менее, выглядела она очень плохо. Все, что она успела сказать: "На нас напали". После этого потеряла сознание.

— Я видел ее уже без сознания, — уточнил священник. — Когда парни меня разбудили, и я зашел в комнату, то София уже лежала без движения.

— Да, я понял. Потом вы позвонили Юрию Константиновичу. Вы посовещались и решили так: что Рогачев связывается со мной, а вы, Григорий Кузьмич, вызываете "скорую".

— Да, я решил, что это необходимо. Лаура буквально истекала кровью. Да и состояние Софии мне показалось тяжелым. Дышала она тяжело, с хрипом, и пульс еле прощупывался.

— "Скорую" ведь вызвали вы?

— Да.

— А почему ребята это сразу не сделали? Ну, предположим, Донато не говорит по-русски. А Михаил?

— Михаил сказал, что он растерялся. Ведь в таком случае надо сразу вызывать милицию. Он боялся, что местные милиционеры начнут допрашивать, а что говорить? В общем, он боялся огласки. Поэтому он сначала растолкал меня. Я позвонил Юре, а он уже связался с вами. И уже потом я позвонил в больницу… Вроде и времени прошло немного, минут десять. Но к тому времени Лаура уже умерла, — отец Григорий покачал головой. — Как-то так вышло… Вы полагаете, ее можно было спасти?

— На счет десяти минут не ручаюсь. Но… — Углов сморщил лицо, как от зубной боли. — Ладно. Пока не будем об этом. Понятно, что Лаура умерла от ножевого ранения и последующей потери крови. А вот с Софией что происходило?

— Вообще было похоже, будто она чем-то отравилась. Я даже сначала подумал — не от грибов ли это? Я их вчера угощал маринованными опятами. Это походило на симптомы тяжелого отравления.

— Но ведь дело не в грибах?